Эти сказки, как и сама Япония, – утончённые и глубокие, словно отражение луны в чаше зелёного чая. Здесь можно встретить героев, чьи сердца бьются в ритме природы: любознательных лягушек, отправляющихся в путь, чтобы познать мир; воробьёв, чья верность сильнее обид; храброго Момотаро, рождённого из персика; и даже медузу, которая когда-то носила раковину. В этих историях – дух Японии: её горы и моря, храмы и рисовые поля, мудрость предков и вера в то, что даже самое малое существо может изменить судьбу. Здесь добро всегда возвращается добром, жадность наказывается, а любовь и преданность творят чудеса. Читая эти сказки, ты услышишь шёпот водопадов, почувствуешь аромат цветущей сакуры и узнаешь, почему японцы до сих пор верят, что в седьмой день седьмого месяца звёзды Пастух и Ткачиха встречаются на мосту из сорок. Эти истории станут не просто чтением, но медитацией – тихим моментом, когда время замедляется, а мир наполняется волшебством.

Что такое мистический опыт и как его изучают? Где заканчивается религиозное переживание и начинается психиатрический диагноз? Могут ли нейронауки объяснить, что такое медитация и молитва? Подходя к теме с позиций критической культурологии, Павел Носачев в этой книге ставит под сомнение общепринятый инструментарий изучения религиозных переживаний. Он предлагает читателю три масштабных экскурса: историю становления научной категории «мистика» от средних веков до современности; панораму развития психиатрии от конца XVIII века и до сего дня; становление нейроисследований в XX–XXI веках. Пройдя этими тремя «маршрутами», автор наглядно демонстрирует, что в конце каждого из них ищущих ждет неудовлетворительный итог. Почему все эти способы интерпретации религиозного опыта содержат в себе системную ошибку и в чем она заключается? Поиск ответа на этот вопрос – основная задача книги.